r НЕГАТИВНЫЕ АСПЕКТЫ РЕГИОНАЛЬНОЙ ОТРАСЛЕВОЙ КЛАСТЕРИЗАЦИИ

НЕГАТИВНЫЕ АСПЕКТЫ РЕГИОНАЛЬНОЙ ОТРАСЛЕВОЙ КЛАСТЕРИЗАЦИИ

 

 

 

Негативные общемировые экономические явления, связанные с циклическим развитием мирового хозяйства, указали на негибкость отраслевой структуры промышленности, ее неустойчивость и неспособность реагировать на резкие изменения конъюнктуры и спад на рынке. Кризисная волна, вкупе с провозглашенным правительством курсом на модернизацию, вызвали к жизни попытки «выращивания» на российской почве промышленных кластеров по западному образцу.

Кластер многими теоретиками и практиками регионального развития рассматривается как некая панацея, которая в кратчайшие сроки может помочь преодолению отставания от передовых стран, особенно в сфере инновационных технологий. Значительное количество статей российских авторов по тематике кластеризации подчеркивает приоритет регулирования данного процесса для повышения конкурентоспособности отраслей экономики, развитие технологического и инновационного потенциала.[13, c. 77]

Тем не менее, у кластеризации существует большое количество «побочных эффектов», включающих ухудшение экологической ситуации (в случае, если речь идет об агломерациях тяжелой промышленности), снижение гибкости реакции на требования рынка, инерционность вследствие использования устаревших схем кооперации, технологическая унификация по причине переливов информации, знания и высококвалифицированной рабочей силы.[14, c. 242] Также, по нашему мнению, в корне неверно интерпретировать развитие кластеров как одно из направлений региональной государственной политики в силу особой природы процессов интеграции предприятий и формирования территориальных отраслевых структур. Мировой опыт свидетельствует: наиболее эффективные кластеры развивались эволюционно, вовлекая в свою структуру предприятия различных смежных отраслей, которые не только кооперировали, но и конкурировали между собой, тем самым повышая качество изготавливаемой продукции с одновременным снижением издержек благодаря эффекту агломерации. Однако синергетичность, присущая естественно сформировавшимся отраслевым структурам, не наблюдается, если предприятия объединяются под общей ресурсной и стратегической основой в рамках реализации государственной концепции кластерной политики. [17, c. 17]

В определении сущности кластера мы придерживаемся подхода М. Портера, в соответствии с фундаментальной работой которого («Конкурентные преимущества наций») кластеризация представляет собой процесс, опосредованный обязательным наличием конкурентного преимущества в территориальном либо отраслевом отношении. По М. Портеру, кластер – это «группа действующих на близком расстоянии и поддерживающих друг друга отраслей», которая «создает конкурентное преимущество для целого ряда взаимосвязанных отраслей, каждая из которых конкурентоспособна в международном масштабе».[14] В соответствии с портерианской концепцией положительные агломерационные эффекты создаются элементами «бриллианта конкурентоспособности», ключевыми из которых являются:

а)характер стратегии фирмы и межфирменной конкуренции в стране, включающие отношение к конкуренции, рыночным институтам, уровню местной конкуренции и другим культурным и историческим факторам, влияющим на взаимодействие фирм друг с другом, своими работниками и правительством;

б)факторные условия, или основные вклады и условия, в которых фирма пытается конкурировать (затраты, связанные с основными факторами, такие как легкодоступные поставки природных ресурсов или недорогой, неквалифицированный труд в сравнении со знаниями и/или технологически связанными продвинутыми факторами);

в)условия спроса или характер местного спроса (нужды и желания потребителей иностранных и отечественных товаров, так же как существование местного промышленного спроса на связанную промежуточную продукцию); 

г)присутствие родственных и поддерживающих отраслей, включающих поставщиков и удачливых конкурентов (и те и другие стимулируют кооперацию, последние также стимулируют конкуренцию). [14]

Вышеупомянутая проблема, а именно: отсутствие синергетичности в административно формируемых структурах – также может быть объяснена на базе теории М. Портера, в которой позитивность кластеризации следует из фундаментальных свойств кластера как «средства поддержания разнообразия и преодоления излишней концентрации, инерционности, негибкости и такого размещения конкурентов, которое замедляет или блокирует модернизацию и вход новых игроков».[14]  Для возникновения положительных экстерналий локации, таким образом, необходимо накопление предприятий в кластере до критической массы. Немаловажным является и явление информационно-технологического перелива, а также его влияние на процессы агломерации и конвергенции: оно может носить как положительный, так и отрицательный характер, приводя к унификации технологической базы и снижению уровня конкуренции.

Нами выдвигается предположение о двух негативных аспектах региональной отраслевой кластеризации, которые позволяют сделать вывод о недопустимости применения кластерной концепции в качестве универсального решения всех проблем, связанных с развитием депрессивных регионов:

1) отрицательный эффект в силу влияния сильного кластера на расстановку сил на рынке;

2) неадекватность директивной кластерной политики особенностям кластеризации.

Риски создания регионального кластера, как ни странно, связаны с сильными сторонами кластеризации, а именно: высокой конкурентоспособностью и адаптивностью по сравнению с отдельным предприятием. Даже на стадии зарождения кластер, как правило, занимает лидирующие позиции в отрасли, с отрывом опережая отдельные предприятия. В результате «конкуренция в качестве стимула к развитию и совершенствованию перестает работать».[3] Сильный кластер подавляет предприятия, оставшиеся за границами его инфраструктуры, отняв их долю рынка благодаря преимуществам в издержках и совершенствованию продукта. Мало сомнений, что такими аутсайдерами становятся предприятия малого и среднего бизнеса, не говоря уже о микропредпринимательстве, которое в присутствии кластера шансов выжить практически не имеет. Это связано не в последнюю очередь с самой концепцией осуществления кластерной политики в РФ, ориентированной на модернизацию и применение передовых технологий, средствами на разработку которых обладает только крупный и сверхкрупный бизнес (рис. 1).[9]

НЕГАТИВНЫЕ АСПЕКТЫ РЕГИОНАЛЬНОЙ ОТРАСЛЕВОЙ КЛАСТЕРИЗАЦИИ

Рис. 1 – Ситуация на рынке вследствие осуществления нерациональной кластерной политики (авт.)

 

Учитывая, что наличие микро- и малого бизнеса является фактором борьбы с бедностью в регионе, искусственная кластеризация может привести к парадоксальному снижению уровня жизни многих социальных слоев при одновременном повышении показателей на душу населения. Не в последнюю очередь это обуславливается падением привлекательности частного предпринимательства; другим фактором становится искажение цен, следующее из нерационального директивного распределения ресурсов.[21, c. 27] Итогом может стать зарождение и углубление региональных воронок отсталости, формирование депрессивных районов вокруг крупных кластеров.[12]

Данному предположению не противоречит ряд данных, изученных нами в процессе исследования кластеризации в европейских регионах (табл. 1).

Таблица 1

Динамика изменения среднего размера фирмы в кластере и ВВП на душу населения

 

Страна

Год

ВНПвзвеш, евро

Средний размер фирмы в кластере (средняя численность работников, чел.)

Темп роста, %

Хим. пром-ть

ИТ

Размер фирмы

ВНПвзвеш

Хим.пром-ть

ИТ

Австрия

2002

25855,4

47,7

8,7

-

-

-

2003

26308,8

42,5

7,2

-10,90

-17,24

1,75

2004

27459,5

43,4

7,1

2,11

-1,39

4,37

2005

27959,7

38,9

7,1

-10,36

0,00

1,82

2006

29423,7

40,4

6,7

3,85

-5,63

5,24

2007

30563,5

38,2

6,2

-5,44

-7,46

3,87

2008

30563,5

48,6

6,9

27,22

11,29

0,00

2009

30563,5

48,6

6,9

0

0,00

0,00

Бельгия

2002

25654,3

87,6

17,5

-

-

-

2003

25568,9

82,9

16,2

-5,37

-7,43

-0,33

2004

26240,6

94,8

17

14,35

4,94

2,63

2005

26925,1

96,7

17,2

2,00

1,18

2,61

2006

27836,5

93,5

16,3

-3,31

-5,23

3,38

2007

28803,3

89,8

16,6

-3,96

1,84

3,47

2008

28803,3

92,2

15,8

2,67

-4,82

0,00

2009

28803,3

92,2

15,8

0,00

0,00

0,00 

 

Кипр

2002

18300

13,3

10

-

-

-

2003

18400

12,9

10,3

-3,01

3,00

0,55

2004

19600

15,4

10,5

19,38

1,94

6,52

2005

20400

9,8

10,7

-36,36

1,90

4,08

2006

21400

10,2

11,3

4,08

5,61

4,90

2007

23300

9,5

10,9

-6,86

-3,54

8,88

2008

23300

6,5

8

-31,58

-26,61

0,00

2009

23300

6,5

8

0,00

0,00

0,00

Финляндия

2002

23498,8

28,6

8,4

-

-

-

2003

23363,1

28,2

8

-1,40

-4,76

-0,58

2004

25128,4

29

7,6

2,84

-5,00

7,56

2005

25615,3

26,2

7,7

-9,66

1,32

1,94

2006

27162,1

28,5

7,6

8,78

-1,30

6,04

2007

29365,3

28,7

8,1

0,70

6,58

8,11

2008

29365,3

27,3

7,7

-4,88

-4,94

0,00

2009

29365,3

27,3

7,7

0,00

0,00

0,00

Франция

2002

24041,5

48

20,6

-

-

-

2003

23450,4

46,6

19,2

-2,92

-6,80

-2,46

2004

24098,9

47

18,9

0,86

-1,56

2,77

2005

25150

47,6

18,8

1,28

-0,53

4,36

2006

26016,3

46,7

18,9

-1,89

0,53

3,44

2007

27336,5

45,9

17,3

-1,71

-8,47

5,07

2008

27336,5

46,6

17,4

1,53

0,58

0,00

2009

27336,5

46,6

17,4

0,00

0,00

0,00

Литва

2002

9000

26

13,5

-

-

-

2003

10200

26,4

15,9

1,54

17,78

13,33

2004

10900

24,9

18,3

-5,68

15,09

6,86

2005

11900

22,5

20,4

-9,64

11,48

9,17

2006

13100

24,3

14,6

8,00

-28,43

10,08

2007

14800

23,6

9,9

-2,88

-32,19

12,98

2008

14800

23,6

9,9

0,00

0,00

0,00

2009

14800

23,6

9,9

0,00

0,00

0,00

 

Швеция

2002

24813,6

21,9

3,4

-

-

-

2003

25422,1

19,4

3

-11,42

-11,76

2,45

2004

27032,2

18,6

2,8

-4,12

-6,67

6,33

2005

27035,5

18,4

2,7

-1,08

-3,57

0,01

2006

28669

19,2

2,8

4,35

3,70

6,04

2007

30596,3

19,5

2,8

1,56

0,00

6,72

2008

30596,3

19,9

2,6

2,05

-7,14

0,00

2009

30596,3

19,9

2,6

0,00

0,00

0,00

 

Источник: [25]

Как видно из таблицы 1, при уменьшении среднего размера фирмы в кластере, особенно в инновационном (в качестве примера нами были изучены данные по химической промышленности и IT), как правило, происходило увеличение среднедушевого регионального ВНП. Хотя полученные данные не могут служить прямым доказательством положительного влияния вовлечения малого предпринимательства в кластерные паттерны на их производительность и благосостояние региона, они позволяют отвергнуть наличие ошибки первого рода в вышеизложенных положениях.

Полностью отказаться от преимуществ кластеризации на современном этапе развития экономики невозможно, однако необходима замена директивной политики создания искусственных кластеров на программу продуманной поддержки потенциально эффективных структур, находящихся в эмбриональном состоянии. 

Нами была проведена работа по выделению в отечественной литературе отдельных факторов комплексного развития кластеров, которые представляются нам важными для составления представлений о эволюционно сложившейся отраслевой структуре. Отметим (не в порядке значимости) следующие:

- территориальная обособленность производств («региональность»[1, c.53]) и возникновение территориальных сочетаний предприятий разных сфер экономики[4, c.14];

- возникновение устойчивых структурных взаимосвязей между администрацией и участниками кластера;[4] [5] [7]

- рациональное взаимодействие малых предприятий с крупными (аутсорсинг)[5];

- инновационность производимой продукции, основанная на кооперации с НИИ и университетами[5][7] (однако, в некоторых европейских странах, в частности, в Испании, успешно действуют кластеры, специализирующиеся на традиционных производствах[22]);

- условия развитой рыночной экономики, заинтересованность предприятий в усилении своих конкурентных преимуществ при одновременном сохранении независимости[1][6];

- доступность квалифицированной рабочей силы[1][6][7];

- наличие «стратегического видения» у лидеров кластера [1][2][7];  

- ориентированность на глобальные потребности и рынки[17];

- диффузия знаний и информации («интеллектуальные переливы»).[14][17]

Анализ местных рынков и отдельных компаний должен проходить на базе не наследуемых, а создаваемых факторов производства. При этом нельзя фокусироваться на изучении кластерных лидеров: мировой опыт свидетельствует, что основная масса валового продукта создается в малых и средних предприятиях. [8, c. 234] В таких развитых странах, как Великобритания, Германия, США, Италия, Франция и Япония эта доля превышает 50%. По мнению Б.З. Мильнера, ни один из факторов экономического роста и существенного увеличения ВВП по своей значимости и масштабу не может сравниться с развитием малого предпринимательства. [15] 

Таким образом, кластеризация должна основываться на создании и вовлечении фирм в кластер (благодаря облегчению доступа к частному капиталу и «освобождению» рынка), а отнюдь не на укрупнении существующих путем вливания средств федеральных, региональных и местных фондов (рис. 2).

Рис. 2 – Концептуальная схема образования гетерогенной территориально-отраслевой структуры (авт.)

 

Малый бизнес в структуре кластера является важным элементом, способствующим развитию конкуренции и обеспечивающим необходимую гибкость, быстро реагируя на появление новых потребностей[10]; малые и средние предприятия также выступают своеобразным «полигоном» для инноваций: «стартапы» с малой капитализацией генерируют идеи, которые могут быть перекуплены либо поддержаны игроками, составляющими ядро кластера.

Необходимость интеграции малого и крупного бизнеса для повышения эффективности деятельности системы не вызывает сомнений и активно поддерживается в современной мировой практике.[18] Ж.-Л. Трюэль указывает на тенденцию резкого увеличения числа предприятий, относящихся к малому и среднему бизнесу, в кластерах: во Франции, где долгое время сохранялась традиционная ориентированность на крупные корпорации, начиная с 2005 года малые и средние компании стали превалировать как численно, так и в получении поддержки.[23] Формы сотрудничества включают в основном передачу на аутсорсинг производства мелкосерийной продукции (поиск, доработка и пробное освоение новых изделий), кооперацию в сфере НИОКР, однако есть и примеры встраивания малых предприятий в производственную структуру крупных корпораций с сохранением независимости первых[19]. Эволюционно развивается подсистема планетарного типа: когда вокруг ядра кластера возникает ресурсное гравитационное поле, притягивающее малые предприятия, стремящиеся интегрироваться в это поле.[8, c.239]

Эволюционность выступает первостепенной характеристикой, определяющей эффективность процесса интеграции.[11] В условиях свободного рынка и при отсутствии давления административных структур, осуществляющих политику искусственной кластеризации в регионе, крупные фирмы естественным образом стремятся восполнить недостаточную гибкость собственной деятельности путем установление не конкурентных, а кооперативных отношений с малым бизнесом. В противном случае, рационального распределения ресурсов между всеми игроками кластера не происходит.

Кластерная политика по своей природе является достаточно косным механизмом осуществления поддержки развития производственных структур. Она не может учитывать наличие в кластере игроков разного размера и предусматривает преференции главным образом для наиболее важных для поддержки административного ресурса и пополнения регионального бюджета предприятий – традиционно, крупных корпораций с высокими показателями результативности деятельности и обеспечивающих существенный объем налоговых поступлений. Примечательно, что это характерно не только для России – в Китае, где образование кластеров аналогично обусловлено влиянием четко прописанной программы, исследователями наблюдается неразумное распределение ресурсов (как правило, в депрессивных районах, требующих пристального внимания экономических властей) с предпочтением крупных и средних государственных предприятий в ущерб малому и среднему частному бизнесу.[24] Отсутствие свободного рынка определяет низкий уровень развития маркетинга – соответственно, затрудняется коммуникация внутри кластера, кооперация становится неэффективной.

Успешность западной модели кластеризации, которую мы на данный момент пытаемся перенять, определяется наличием у европейских и американских кластеров определенного исторического пути развития, который способствовал их закреплению на наиболее подходящей для формирующейся отраслевой структуры территории, выработке сложных механизмов обратной связи, налаживанию коммуникаций, относящихся ко всем аспектам деятельности участников – производственным, снабженческим, сбытовым, логистическим, маркетинговым, правовым и т. д. Особенную важность исторически обусловленная территориальная прикрепленность имеет для функционирования и развития инновационных технологичных кластеров, в рамках которых предприятия налаживают связи с университетами и НИИ.

Кластеры гетерогенны по природе: гетерогенность проявляется в свободном взаимодействии бизнес-структур различных размеров и организационно-хозяйственных форм, институтов власти, образовательных и научно-исследовательских учреждений, инфраструктурных единиц, разнообразие и разнородность которых является фактором успеха. Устойчивая отраслевая структура не может быть создана там, где не существует выраженного конкурентного преимущества[17, p. 3], зато есть воля администрации к построению системы предприятий определенного профиля. Здесь кроется еще одна ошибка кластерной политики, корни которой уходят еще в директивную плановую экономику, а именно: концентрация на отраслевом аспекте, в то время как фокусироваться в составлении плана мероприятий поддержки стоит на исследовании точек роста экономики, центров экономической активности, общественной целесообразности выпуска определенных видов продукции.[17, p.3]

Помимо того, что концепция кластерной политики в высокой степени увязана с традиционной отраслевой структурой, пространственные границы кластеров часто устанавливаются исходя из «политической целесообразности», что влечет за собой расшивку межрегиональной оси сотрудничества.[16, c.55] Иными словами, затрудняется доступ к ресурсам за пределами региона. 

Решением означенных проблем может стать имплементация моделей новой экономической географии в ткань процессов распределения кластерного потенциала.[16, c. 56] Истоки данной концепции берут начало в отечественной школе концепции «пространственного развития». В соответствии с ней, ключевым условием проведения оптимальной кластерной политики является усовершенствование техник идентификации нарождающихся кластеров.

На наш взгляд, задача экономической науки состоит в глубоком изучении входных параметров кластерной модели, обеспечивающих ее жизнеспособность и устойчивость. Только создание четких представлений об эффективном кластере, главными характеристиками которого являются гетерогенность и естественно-эволюционный характер развития, может преодолеть сложившуюся в регионах практику искусственной кластеризации и в конечном итоге способствовать появлению свободного рынка.

 

Список источников

 

1)Абдыров, Т. Ш. Зарубежный опыт формирования и развития региональных кластерных инициатив / Т. Ш. Абдыров // Вестник Уральского института экономики, управления и права. – 2010. - № 2-11. – С. 53 – 58.

2)Боуш, Г. Д. Управление кластерным развитием через противоречия в системе целей / Г. Д. Боуш // Вестник Омского университета. Серия: Экономика. – 2010. - № 3.  – С. 5 – 12.

3)Ву Данг Куанг Чунг. Положительные аспекты и риски формирования кластерных зон в сфере гражданской авиации // Научный вестник Московского государственного технического университета гражданской авиации. – 2011. - № 167. – С. 100 – 104.

4)Домащенко, Д. А. Определение факторов повышения эффективности функционирования субъектов хозяйствования в кластере / Д. А. Домащенко // Сибирский торгово-экономический журнал. – 2010. - № 11. – С. 13 – 18.

5)Екимова, К. В. Организационно-экономический механизм взаимодействия участников регионального экономического искусственного кластера / К. В. Екимова, Е. В. Федина // Вестник Челябинского государственного университета. – 2010. - № 6. – С. 179 – 183.

6)Корчагина, Н. А. Кластеры: эволюция развития концепции, факторы успеха, экономические преимущества / Н. А. Корчагина, И. Н. Ахунжанова // Гуманитарные исследования. – 2010. - № 1. – С. 233 – 240.

7)Левшина, О. Н. Предпосылки и характеристики успешных региональных кластеров / О. Н. Левшина, К. Л. Рахманов // Вестник Московской академии предпринимательства при Правительстве Москвы. – 2010. - № 4. – С. 64 – 66.

8)Мироседи, С. А. Малое предпринимательство - стратегический ресурс российской экономики / С. А. Мироседи // Вестник Саратовского государственного технического университета. – 2009. – Т. 2. - № 1. – С. 233 – 241.

9)Попкова, Е.Г. Новое качество экономического роста и устойчивое развитие / Е.Г. Попкова // Труд и социальные отношения. Спецвыпуск научных работ докторантов, аспирантов и соискателей "Соискатель". - 2005. - №2. - C. 11-20.

10)Попкова, Е.Г. Формирование концепции нового качества экономического роста в условиях глобализации: монография / Е.Г. Попкова; ВолгГТУ. - Волгоград: РПК "Политехник", 2007. - 351 с.

11)Попкова, Е.Г. Динамический инструментарий анализа экономического роста в российских условиях / Е.Г. Попкова, Т.Н. Митрахович // Условия, ресурсы и факторы развития России в XXI веке : сб. науч. ст. по итогам всерос. науч. конф. (Волгоград, 20-22 окт. 2009 г.). [Ч. 2] / ВолгГТУ [и др.]. - Волгоград, 2009. - C. 170-175.

12)Попкова, Е.Г. "Underdevelopment whirlpools" as instrument of world economy polarization measurement / Е.Г. Попкова, Л.С. Шаховская, Т.Н. Митрахович // Global Business & Economics Anthology. - 2010. - Vol. I, March. - C. 304-309.- Англ.

13)Орлов, С. В. Экономические и правовые основы создания кластеров в России / С. В. Орлов, К. А. Орлова // Вестник Калининградского юридического института МВД России. – 2010. – № 3. – С. 76 – 80.

14)Романова, М. К. Интеллектуальный перелив в кластере как фактор эффективности затрат на НИОКР / Интеллектуальный потенциал XXI века: ступени познания : Сб. статей / Материалы V Международной студенческой научно-практической конференции. – Новосибирск, 2011. – Ч. 2. – С. 238 – 244.

15)Стратегический ответ России на вызовы нового века / под общ. ред. Л.И. Абалкина. –  М.: Экзамен, 2004. – 360 с.

16)Тищенко, Е. В. От промышленных районов до кластер-регионов: переосмысление социально-экономических метрик / Е. В. Тищенко // В мире научных открытий. – 2010. - № 4-9. – С. 55 – 57.

17)Andriani, P. Challenging Clusters: The Prospects and Pitfalls of Clustering for Innovation and Economic Development [Electronic source] / P. Andriani et al. // Summary Report from an AIM Management Research Forum in Cooperation with the Welsh Economy Research Unit. – 2005. – Mode of access: www.aimresearch.org/.

18)CLUNET Cluster Policy Guidelines Report [Electronic source] / Mode of access: http://observatoirepc.org/fileadmin/user_upload/Ressources/CLUNET_policy_Guidelines_080108.pdf.

19)Haagedorn, J. Small entrepreneurial firms and large companies in inter-firm R&D networks – the international biotechnology industry [Electronic source] / J. Haagedorn, N. Roijakkers // MERIT, Faculty of Economics and Business Administration, University of Maastricht. – 2000. – Mode of access: http://www.hec.edu/.

20)Neubert, G. Knowledge Management System for Cluster Development in Small and Medium Enterprises [Electronic source] / Mode of access: http://eastwest.inf.brad.ac.uk/.

21)Rodriguez-Clare, A. Coordination Failures, Clusters and Microeconomic Interventions [Electronic source] / A. Rodriguez-Clare // Research Network Working papers. – 2005. - Working Paper #544. – Mode of access: siteresources.worldbank.org.

22)Santisteban, M. A. Industrial Clusters in Spain and Denmark: contextualized institutional strategies for endogeneous development / M. A. Santisteban // European Urban and Regional Studies Conference. – 2006. - Draft 14-08-2006. - September, Roskilde, Denmark. – 19 p.

23)Truel, J.-L. Implementing a successful cluster policy: some clues from the French experience. – Universite Paris 12. – 2011. – 8 p.

24)Yi, C. Establishing the Development Strategies of the Special Industrial Clusters for Underdeveloped Regions in China [Electronic source] / C. Yi, L. Weiming // School of Business Administration, South China university of technology – Mode of access: http://www.seiofbluemountain.com/upload/product/200911/2009cyjdhy1z1a13.pdf.

25)Cluster Observatory [Electronic source]. – Mode of access: http://www.clusterobservatory.eu/.

 

 

 

 

 

Яндекс цитирования